Пустой II - часть 1

Артемий Скабер продолжает историю человека, который прошёл путь испытаний и вышел победителем из встреч с Виргом и Эиром. Теперь он стоит у стен белого города — цели, которая манила его долгие дни пути. Его зовут просто Пустой, и он — боец, который научился выживать в мире, где каждый шаг наверх даётся кровью и упорством.

Перед ним встаёт первое препятствие, которое не решить мечом или копьём. Город впускает только групп минимум по трое, а он один. Охранники ворот, Брен и Торс, рассказывают ему о мужике, который ждал год и исчез ночью — истории, рассказанные с такой же равнодушной интонацией, как сводка о погоде. Пустой понимает, что ждать придётся долго, но альтернативы нет. Позади него нет пути назад, впереди — только город.

Дни сливаются в однообразное наблюдение. Он сидит у старого кострища, где когда-то сгорели надежды неудачника, и ждит, когда достаточное количество людей одновременно достигнет этого места. Ночи полны звуков неизвестных зверей, день состоит из мелких наблюдений за охранниками, их привычками и реакциями. Торс почти не смотрит на тракт, Брен порой зевает — они давно привыкли к скуке ожидания.

Пустой использует это время для инвентаризации своей добычи. Сотня и одно серое ядро, одно зелёное, настойки неизвестного происхождения, металлический жетон с крылом птицы и главное сокровище — трактат для возвышающихся стадии Ростка. Знаний о городе, школах и порядках он не получает ни от охранников, ни от проходящих мимо путников. Каждый день приносит новые попытки найти информацию и новые отказы.

Он наблюдает, как деревенские, совсем молодые люди с деревянным оружием и жалкими мешками, подходят группой к охранникам. Их проверяют на чаше — двое на четвёртой и пятой ступени, один с хорошей плотностью на пятой. Брен издевается над ними вполголоса, и они в спешке убегают обратно. Это показывает настоящий уровень требований, которые скрываются внутри стен.

Терпение становится самым ценным оружием Пустого в этой игре ожидания. Он привык к терпению, научился ему в долгих боях и безответных вопросах. Копьё он не выпускает из рук даже ночью, спя в полглаза, потому что этот мир не прощает беззащитности. Звуки лесов вокруг говорят о присутствии зверей, движущихся по пути возвышения, охотящихся на таких же, как он.

История разворачивается в пограничной зоне между миром деревень и городом, где время движется иначе, а каждый день становится испытанием не силы, а воли. Здесь нет врагов с именами и лицами, только холодная система, которая не видит в одиночке ничего стоящего внимания. Город ждёт, копьё ждёт в руках, ядра лежат в мешке, и Пустой сидит у костра, готовый ждать столько, сколько потребуется.